{Ювелирная мастерская - ювелирные изделия - ремонт, изготовление, продажа } {сайт Wamaje}

Модные украшения

C  1960-х годов  украшения разделились на два класса: те, что хранились в банке - с очень дорогими камнями в относительно простых оправах,  и те, которые можно было носить ежедневно.

Традиционное различие бриллиантовых вечерних украшений и менее дорогих золотых для дневного ношения уступило место новой дихотомии: между  уникальными единственными в своем роде драгоценностями и недорогими, но стильными ди­зайнерскими изделиями, предназначенными для женщин, самостоятельно приобре­тавших себе украшения, одежду и аксессуары. «Ван Клиф и Арпельс» первыми из именитых ювелирных домов восприняли потребность нового рынка и открыли соб­ственный бутик в 1954 году. К 1960-м годам у них была отдельная линия для бутиков, в которой, в частности, появились такие знаменитые и популярные изделия, как за­бавные броши-животные и парюры «твист» из золотых и полудрагоценных бус, перевитых на манер шнурка.

Модные украшения 1960-х годов отличаются живой игрой цветов и текстур, а также абст­рактными мотивами. Высоко ценились кабошоны ярких цветов; их гладкие полированные поверхности отлично сочетались с оправами различных текс­тур. По всему миру ювелиры использовали неограненные драгоценные камни, необ­работанные кристаллы и прочие природные материалы, к которым не прикасалась рука человека. Необычные эффекты достигались путем сочетания ограненных и неограненных камней; броши и кольца украшали скопления кристаллов аметиста, диоптаза и изумруда, круглые халцедоновые друзы, напоминающие раковины, с на­ростами кварца, инкрустированные переливающимися алмазами бриллиантовой огранки.

Интерес к необычным текстурам, относительно дешевым материалам и ярким цветовым сочетаниям подвиг ювелиров по обе стороны Атлантики к использованию натуральных раковин. Дэвид Уэбб в Нью-Йорке, Дард и сыновья в Париже и Эндрю Грима в Лондоне создавали украшения из экзотических разноцветных ракушек, чаще всего серьги.

Дом «Вердура» славился тем, что, начиная с 1940-х годов, скупал раковины за бесценок,  у нью-йоркского Музея естественной истории, а затем превращал их в изысканные украшения.

Природные мотивы, абстрактные и стилизованные, были отличительным призна­ком ювелирного дизайна 1960-х годов. В изощренных оправах, часто обрамляющих кабошоны из кораллов или бирюзы, можно разглядеть уходящие в землю корни,  а в нагромождении геометрических металлических стержней, окружающих камень, - птичье гнездо, свитое из прутиков.

Текстуры, напоминающие морское дно или лунную поверхность, достигались при помощи новых техник плавления золота при контролируемой температуре. Полиро­ванные или матовые золотые поверхности теперь казались скучными, на смену им пришли чеканные, стержневые, выбивные, витые и переплетенные .

Украшения менее абстрактного дизайна часто выполнялись в виде насекомых, жи­вотных и растений, как и в предыдущих десятилетиях, однако отличительной чертой подобных изделий 1960-х годов был их забавный, милый характер и стилизованные формы. Это в особенности касается анималистических украшений Дэвида Уэбба, на­пример серег-лягушек с эмалью цвета лайма, и черно-белых эмалевых браслетов-пан­тер, созданных под влиянием «кошачьих» украшений, созданных Жанной Туссен для Дома «Картье», однако переосмысленных в легкомысленном стиле диснеевских мультиков . К подмигивающему коту, «Chat Malicieux», из серии анима­листических украшений, начатой в предыдущее десятилетие, Дом «Ван Клиф и Ар- пельс» в 1960-х годах добавил не менее популярных львов, сов, обезьянок, жирафов и т.д. из золота с драгоценными и полудрагоценными камнями . Со време­нем этот же Дом выпустил серию эксцентричных изделий в виде золотой маски льва с драгоценными камнями, форму для которых якобы подсказали молотки на дверях итальянского консульства в Нью-Йорке .

Мода на украшения с анималистической тематикой распространилась столь широко, что практически каждый ювелир создавал подобные изделия. Жан Шлюмбергер из нью-йоркского отделения «Тиффани» изготавливал превосходные трехмерные бро­ши в форме двух переплетенных рыбок из желтого золота с необычными цветовыми сочетаниями камней, например рубинов и демантоидных гранатов.

Драгоценности с высокой рыночной стоимостью, созданные такими именитыми домами, как «Картье», «Ван Клиф и Арпельс», «Бушерон», «Шоме» и «Мобуссан», вы­глядели более традиционно. Часто они принимали форму стилизованных цветов, сое­диненных в кластеры, к которым каскадами крепились драгоценные камни; ломаные, зубчатые контуры, образуемые за счет попеременного использования алмазов огранки «бриллиант» и «маркиза», отличали их от изделий предыдущего десятилетия . Искривленные линии и резкие, колючие очертания характеризовали стиль середины - конца 1960-х. Бриллианты, как и раньше, сохра­няли свою доминирующую позицию, однако рубины, изумруды и сапфиры использовались чаще, чем в предыдущем десятилетии. Бирюза с ее выразительным цветом и восковым блеском, который выгодно подчеркивали бриллианты, вернулась в наиболее дорогие украшения.

Более не сдерживаемые правилами конформизма, равновесия и симметрии ювелиры охотно использовали в дорогих украшениях каскады крупных и объемных камней, мотивы звезд и стилизованных солнц с лучами.

Геометрическая симметрия уступила место сбалансированной асимметрии и дви­жению. Контуры украшений были ломаными и зубчатыми, а чтобы достичь этого эф­фекта, ювелиры прибегали к использованию заостренных камней огранки «маркиза» и «груша». В кольцах и брошах центральный, основной камень - бриллиант или цветной - часто закреплялся так, что выступал и над остальными, и над изделием в целом.  Даже традиционные и очень дорогие бриллиантовые ожерелья-ривьеры, созданные, например, Гарри Уинстоном, выглядели зубчатыми, поскольку состояли из бриллиантов огранки «маркиза» или «груша», зачастую с подвесками из крупных цветных драгоценных камней. Броши выполнялись в форме стилизован­ных асимметричных гирлянд из листьев и цветов с бриллиантами и цветными кам­нями; Дом «Ван Клиф и Арпельс» создал целую серию таких брошей под общим на­званием «Гирлянда».  Традиционное двухцветное сочетание бриллиантов с рубинами, изумрудами или сапфирами оставалось в моде, однако ювелиры без коле­баний сочетали между собой любые цветные камни, что придавало изделиям италь­янский колорит.

К середине 1960-х годов украшения было принято носить помногу как днем, так и вечером: кольцо на каждый палец, по два браслета на каждую руку, серьги и ожере­лья. Полные парюры одного дизайна, однако, в моду не вернулись, предпочтение  отдавалось небольшим комплектам, включающим, например, серьги и кольцо, брошь и серьги, ожерелье и браслет. Стремясь к созданию собственного стиля, дамы запро­сто надевали одновременно изделия разных ювелиров.

Стиль 1970-х годов не подчиняется единым правилам, он крайне неоднороден. Если изделие 1960-х можно опознать по асимметричной геометрии, то обобщенно описать тенденцию следующего десятиле­тия практически невозможно. Одни украшения стремились к традиционным формам, другие базировались на искусстве экзотических племен. Если в первые годы нового десятилетия еще встречались геометрические абстракции 1960-х годов, то к середине 1970-х они окончательно вышли из моды.

В 1970-х годах известные ювелирные дома придерживались разделения своей про­дукции на уникальные украшения с камнями исключительного качества, обычно вы­полняемые по заказу, и более доступные изделия для широкой, но не менее требова­тельной клиентуры. Все чаще женщины сами покупали себе драгоценности, и все больше ювелирных изделий попадало в среднюю ценовую категорию. Этот феномен отчетливо прослеживался по обе стороны Атлантики, и ювелирные дома от «Тиффани» до «Ван Клиф и Арпельс» создавали сезонные коллекции с использованием модных мотивов, цветов и форм.

Пожалуй, самой характерной чертой ювелирного дизайна 1970-х годов было воз­вращение в него недрагоценных материалов, например горного хрусталя, кораллов и экзотических пород дерева, практически повсеместное использование желтого золота, а также склонность к разноцветным ярким орнамен­там, развившимся из цветовых сочетаний 1960-х.

Среди знаменитых ювелиров, экспериментировавших с этими материалами, был Дэвид  Уэбб, который создал коллекцию украшений со звеньями из резного горного хрусталя и золотых элементов с бриллиантами, производивших удивительный эф­фект благодаря соседству бесцветного хрусталя и сияющих алмазов бриллиантовой огранки. Парижское отделение Дома «Ван Клиф и Арпельс» использовало горный хрусталь для создания своих знаменитых гарнитуров, включающих длинную цепь с подвеской, серьги и, зачастую, кольцо, из звеньев овальной или ромбовидной фор­мы в золотой оправе с бриллиантами. Кораллы были еще одним материалом, вернув­шимся в моду и достигшим вершины популярности в середине 1970-х годов, после пяти десятилетий забвения. Инновацией в этом десятилетии было использование резного дерева, к которому широко прибегали «Бушерон» и «Ван Клиф и Арпельс», со­здававшие гарнитуры из длинной цепи и висячих серег с резьбой или цветочными мотивами.

Мода на яркие цвета привлекала внимание ювелиров к малахиту, розовому кварцу, сердолику и слоновой кости. Из них делали резные украшения гладких округлых форм, полностью отличных от заостренных динамичных контуров 1960-х.

Многие изделия конца 1960-х и 1970-х годов были созданы под вилянием индийского искусства. Это особенно заметно в ожерельях и висячих серьгах с рубинами, изумрудами и бриллиантами, образующими сочетания, характерные для джайпурской эмали, и в использовании кабошонов, образующих стилизованные цветы в манере типичной для традиционных индийских украшений. «Ван Клиф и Арпельс» первыми начали производство драгоценностей, похожих на те, что носили магараджи, но слегка приспособленных к западным вкусам; эти изделия широко копировали другие ювелиры. Сотуары, висячие серьги-жирандоли, оставшиеся в 1930-х годах, в 1970-х вернулись в моду благодаря индийскому влиянию. К ним часто прилагались восхитительные медальоны, которые можно было носить как клипсу или подвеску, по дизайну и цветовым сочетаниям напоминающие типичные индий­ские мотивы звезд и цветов и богатые византийские орнаменты. Нет ничего удиви­тельного в том, что Ближний Восток и Индия так повлияли на ювелирный дизайн, ведь в 1970-х годах взгляды представителей художественных и интеллектуальных кругов были устремлены именно в эти районы.

Важно отметить, что в этом десятилетии металлом, который использовался для оправы любых камней, включая бриллианты, было желтое золото, а не платина или белое золото. С XVIII века бриллианты практически всегда оправляли в белый металл, чтобы подчеркнуть их бесцветность, и только в 1970-х годах ювелиры переключи­лись на желтое золото. Тому есть несколько объяснений. Во-первых, влияние индий­ской традиции - там бриллианты всегда оправляются в желтое золото; во-вторых, стремление ко всему новому; в-третьих, попытка сделать бриллиантовые украшения более пригодными к дневной носке, придать этим вечерним роскошным камням более обыденный вид; и, наконец, желание удовлетворить вкусы покупателей с Ближнего Востока. Шейхи, сделавшие огромные состояния на продаже нефти, стали важными и разборчивыми клиентами ювелирных домов, и их тяга к изделиям из желтого золота оказала значительное влияние на ювелирный рынок 1970-х годов.

Бриллианты были по-прежнему популярными, их использовали как самостоятель­но, так и в сочетании с рубинами, сапфирами, изумрудами или полудрагоценными камнями. Огранки «маркиза» и «груша», за счет которых достигались ломаные, зазу­бренные контуры изделий 1960-х годов, уступили место прямоугольным формам-та­кие бриллианты либо вставлялись в кольцо-солитер, либо соединялись в ожерелья, браслеты и броши, по моде, укрепившейся в 1980-х годах.

Ювелирный Дом «Булгари», расположенный в Риме, завоевал международное при­знание в конце 1970-х годов. Отлично изучив потребности современного покупате­ля, его дизайнеры создавали практичные и, одновременно, изысканные украшения, пригодные как для дневного, так и для вечернего ношения. Дом «Булгари» популяри­зировал желтое золото, превращая его в изделия с чистыми, гладкими, броскими ли­ниями, украшенные бриллиантами огранки «багет» и «прямоугольник» или крупными цветными кабошонами. Также благодаря Дому «Булгари» в 1970-х годах возродилась мода конца XIX века на использование старинных монет и драгоценных камней с резьбой, которые вставляли в массивные золотые цепи; такие украшения стали фирменным знаком Булгари в следующем десятилетии.

С 1980-х годов украшения стали более крупными, броскими.  Раньше женщины лишь принимали драгоценности от возлюб­ленных, мужей и отцов. Теперь же материальная независимость позволяла женщине самой выбирать и покупать себе украшения, равно как и одежду и аксессуары. Рабо­тающая женщина 1980-х, в своем архетипическом облике, хотела пробрести прак­тичные драгоценности, красивые и удобные в носке, подходящие к ее насыщенному графику. Длинные сотуары и подвески 1970-х годов постепенно уступили место бо­лее коротким украшениям на шею. В бесконечных вариациях производились «ошей­ники» начала XX века. С возвращением в моду пальто и жакетов популярными стали броши, редко использовавшиеся в 1970-х годах. К современным коротким стрижкам как нельзя лучше подходили крупные, броские разноцветные серьги - кластеры или висячие.

Желтое золото было самым популярным металлом для украшений, в которых жен­щины ходили и на работу, и на вечеринки. Их украшали бриллиантами, рубинами, изумрудами и сапфирами. Новым было использование драгоценных и полудрагоценных камней, выбранных исключительно благодаря их цвету. Нежно-желтые, бледно-розо­вые, светло-голубые сапфиры, розовые рубины и бледно-зеленые изумруды сочетались с прочими разноцветными камнями: зелеными и розовыми турмалинами, темно- красными гранатами, лимонно-желтыми цитринами, салатными оливинами и пурпурными аметистами. Индиколит и синий топаз широко использовались благодаря их привлекательным голубым оттенкам.

Открытие в Западной Австралии месторождения Аржиль в 1979 году привело к насы­щению рынка розовыми бриллиантами, небольшими, но интенсивно окрашенными и привлекательными, которыми полностью усыпали дорогие украшения. Отказавшись от традиции окружать цветные камни бриллиантовыми рамками, ювелиры 1980-х обратились к дерзким цветовым сочетаниям 1920-х и начали комбинировать изумруды с оранжевыми гранатами, рубины - с аметистами, сапфиры - с желтыми цитринами.

Гранильщики экспериментировали со всевозможными фантазийными формами, част выполняя заказы ювелиров на уникальную огранку камней для конкретного украше­ния. Очень модными были кабошоны из цветных камней. Рубины, изумруды и разно­цветные бусины, с гранями или просто полированные, собирались в ожерелья-нити индийского стиля. Серьги украшались подвесками из полудрагоценных цветных камней. Пользовался популярностью и культивированный жемчуг, к концу десятилетия особенно модными стали очень крупные культивированные жемчужины, называемые жемчугом «Южных морей» - их выращивали в теплых водах побережий Австралии, Бирмы, Индонезии и Филиппин. Эти жемчужины, вырастающие в раковине крупного морского моллюска pinctada maxima, имели размер более 10 мм в диаметре, на рынке встречались нечасто и стоили очень дорого при условии пра­вильной формы, красивого цвета и отсутствия дефектов. Однако с развитием техно­логий выращивания рынок оказался перенасыщен, и цены на такие жемчужины к концу 1990-х годов значительно сократились.

Основная тенденция 1980-х годов состояла в производстве практичных украше­ний, подходящих к динамичному и активному образу жизни современной женщины; обычно такие изделия характеризовали плавные, округлые контуры, полностью от­личные от зубчатых краев изделий абстрактного и ориентального дизайна предыдущего десятилетия. Геометрический дизайн, стилизованные природные мотивы и симметрия победили, и теперь все западные ювелирные дома придерживались этой тенденции, после десятилетия полной свободы и отсутствия общепринятой эстетической концепции.

Дом «Булгари», начавший приобретать популярность в 1970-х годах, как нельзя лучше понимал потребности эмансипированной женщины 1980-х. Стремясь удовле­творить запросы рынка, эта фирма производила практичные и одновременно изыс­канные украшения, подходящие как для дневного, так и для вечернего ношения. Уже в начале 1980-х годов изделия Булгари были узнаваемыми и востребованными, их широко копировали и имитировали. Энди Уорхол, бравший интервью у Николы Булгари в конце 1980-х годов, так описал продукцию этого Дома: «По-моему, ваши драгоценности олицетворяют 1980-е годы. Все стараются вам подражать».

Великим изобретением Дома «Булгари» в 1980-х годах были модульные украшения. Они состояли из повторяющихся элементов, лишенных избыточной декоративнос­ти, которые можно было комбинировать множеством способов и по форме которых назывались целые линии, или «семейства», драгоценностей. Все серии модульных украшений характеризуются броским, узнаваемым дизайном, округлыми контурами и чистыми формами, а также широким диапазоном цен. Главным достоинством мо­дульного формата было то, что все элементы выпускались в большом количестве и стоили разумно, затем они обрабатывались вручную и в различных сочетаниях со­ставляли ожерелья, браслеты, кольца и серьги. Возможность сочетания элементов из золота со стальными, украшенными бриллиантами или резными поделочными камнями, расширяла спектр вариантов дизайна и ценовых категорий. Первая линия модульных украшений была запущена в 1982 году под названием Parentesi, ее элементы по дизайну напоминали стилизованные круглые скобки, по-ита­льянски - parentesi. Успех этой серии превзошел все ожидания.

Начиная с 1982 года, Дом «Булгари» наращивал свои капиталы, создавая модульные  украшения новых серий: Doppio Смоге (двойное сердце) в 1983 году, Boules (шары) в 1986 году. Gancio (крюк) в 1987 году; Alveare, с элементами в форме улья, в 1988 году, Saetta (молния) и Spiga (пшеничный колос) в 1990 году, Celtica, с кельтскими мотивами, в 1993 году, Trika (по-гречески - коса) в 1996 году, Nuvole (облака) в 1999 году.

Модульные украшения отражали стремление Дома «Булгари» к удовлетворению переменившихся нужд потребителей, которые требовали не слишком дорогих, но качественных украшений, подходящих для любого случая. Женщины стремились приобретать узнаваемые украшения с клеймом знаменитой марки. Дом «Булгари» выпускал как раз такие изделия: узнаваемые, стильные, отличного качества и по ра­зумной цене.

В начале 1980-х годов, незадолго до шумного успеха линии Parentesi, еще два моти­ва, разработанных Домом «Булгари» в 1970-х годах, стали его фирменными знаками и настоящими символами десятилетия. Первым из них была золотая овальная плас­тина с кабошоном, обрамленным бриллиантами. Этот мотив использовался в самых разных украшениях: в единственном числе он украшал кольца, броши и серьги, а из нескольких таких элементов собирались ожерелья. Второй мотив - массивная золо­тая цепь с округлыми звеньями, из которой состояли браслеты и ожерелья с цветны­ми камнями-кабошонами, монетами и медалями.

Еще одним символом в моде 1980-х годов была выпущенная Домом «Булгари» серия изделий Tubogas (газопровод): ожерелий, браслетов, наручных часов и колец в форме гибкой золотой ленты, производимой без пайки. Эти исключительно гибкие изделия создавались путем оборачивания двух длинных полос золота вокруг медной или деревянной направляющей. Их концы переплетались, исключая необхо­димость пайки, а направляющая впоследствии извлекалась: ее либо просто вытаски­вали, либо растворяли кислотой. Стоит еще раз отметить гибкость таких украшений, которые идеально облегали шею, запястье или палец в один или несколько оборотов. Огромный успех серии Tubogas Дома «Булгари» подвиг многие другие ювелирные фирмы на эксперименты с этой техникой.

Тому же Дому «Булгари» обязаны своей популярностью изделия с монетами, которые в 1980-х годах широко производились и имитировались. Сама идея исполь­зовать монеты и медали в ювелирном дизайне, конечно же, не являлась прерогати­вой «Булгари». Со времен античности монеты периодически появлялись на ювелир­ных изделиях. Подобные украшения изготавливали древние римляне, византийцы и англосаксы, в XIX веке к ним обратились и ювелиры археологического направле­ния под предводительством Кастеллани. Дом «Булгари» использовал монеты бронзо­вые, серебряные, золотые, от древних до современных, выбирая их исключительно по красоте, а не по нумизматической ценности. Монеты вставляли в золотые рамки, а затем включали в украшения в виде массивных золотых цепей или в изделия серий Tubogas или Parentesi.  Впервые предложенное Домом «Булгари» в середине 1960-х годов, украшения с монетами достигли пика своей популярности в 1980-х и производились далее, на протяжении 1990-х годов.

Еще одной фирмой, отражавшей дух десятилетия и вкусы современных потребите­ли, был Дом «Марина Б.», основанный в 1979 году Мариной, дочерью Константино Булгари, решившей покинуть семейное дело в Риме и основать собственное в Женеве. Марина считала, что украшения должны быть высокодекоративными, и отлично понимала желания своих современниц. Ее броские разноцветные произведения легко узнаваемы, их копируют многие ювелирные фирмы. Будучи привержена живым, необычным  хроматическим комбинациям, Марина Булгари часто использовала черные и бесцветные элементы, чтобы подчеркнуть оттенки драгоценных камней. Черненое золото, черный оникс и черный перламутр в ее изделиях оттеняли сияние бриллиантов, переливы жемчуга и яркие или приглушенные цвета драгоценных камней.

Следуя своей концепции о том, что украшения должны не только годиться как для дневного, так и для вечернего ношения, но и подходить по цвету к наряду, Марина начала выпуск изделий, в которых можно было менять драгоценные камни. Первыми в этой линии украшений стали серьги Pneu  (шина - франц.), созданные в 1980 году. Они состояли из навершия-капли и подвески в форме линзы, напоминающей шины аэроплана - отсюда и название серег. Подвеска-линза может быть заменена на такую же, но другого цвета, из другого камня и другой стоимости.

Популярность серег  Pneu вдохновила Марину на создание других «трансформируе­мых» украшений. В результате на свет появились серии Cimin-kit и Nodo, состоящие из золотых элементов, в которые можно вставлять разноцветные бусины кварца. Их легко было менять в зависимости от настроения или времени года, составляя самые разнообразные комбинации. Броши и серьги Дома «Марина Б.» часто были «двусто­ронними», то есть центральный камень окружала двусторонняя оправа, переворачи­вающаяся при помощи крошечного механизма, одна поверхность которой была, как правило, черной - из оникса или с эмалью - а другую полностью усыпали бриллианты.

В 1980-х годах в дизайне ожерелий и браслетов часто использовались металличес­кие пружины, которые покрывали драгоценным металлом. Марина Булгари широко применяла это простое, но гениальное изобретение при создании украшений для шеи с драгоценными камнями, которые, по моде этого периода, идеально ее об­легали. Именно так Марина вернула популярность «ошейникам», ожерельям, быстро вышедшим из моды в начале XX века из-за сложностей подгонки их под конкретную обладательницу и дискомфорта, который они причиняли.

Самые дорогие украшения западных ювелирных домов обычно состояли из очень ред­ких и дорогостоящих камней в простых оправах, позволяющих оценить все их лучшие качества. В основном, они предназначались для покупателей с Ближнего Востока. Неудивительно, что даже в 1980-х годах они изготавливались в традиционном стиле и с единственной целью - продемонстрировать красоту и размер камней, обычно сопро­вождаемых геммологическим сертификатом. Однако более новаторски настроенные ювелиры, в частности Константино Булгари и Марина, создавали уникальные произ­ведения мягких округлых форм, в которых крупные и дорогие драгоценные камни идеальной огранки и чистоты сочетались с мелкими, контрастного цвета. Дома «Ван Клиф и Арпельс», «Картье», «Шоме» и «Бушерон» продолжали выпуск классических элегантных драгоценностей со слегка обновленным дизайном. Нью-йоркская фирма Гарри Уинстона поддерживала свою многолетнюю славу создателей украшений с круп­ными уникальными бриллиантами и цветными камнями. Лондонская фирма «Граф» вышла на ведущие позиции в области дорогостоящих изделий благодаря своим украше­ниям с редчайшими и самыми крупными цветными драгоценными камнями: бирман­скими рубинами, кашмирскими сапфирами, колумбийскими изумрудами, бриллиантами идеальной белизны и чистоты, а также бриллиантами ярких цветов.

К концу 1980-х годов настроения в обществе изменились, и за смену роскоши при­шла сдержанность. Богатство более не поощрялось. Наряды 1980 х годов, приталенные, с подкладными плечиками, сменились одеждой менее строгих форм, которая требо­вала и менее кричащих украшений. Яркие цветовые комбинации 1980-х годов теперь казались безвкусными, а обширные поверхности полированного желтого золота, окружавшие их, - слишком блестящими.

Дизайн украшений изменился мало, а выглядеть по-новому они стали благодаря переосмыслению классических мотивов 1980-х и другим сочетаниям цветов. Белое золото и платина постепенно возвращались в моду, а к концу десятилетия доминиро­вали над прочими металлами, цветовая гамма украшений стала более нежной и при­глушенной. Дом «Булгари» создавал свои фирменные изделия теперь уже из белого золота с бриллиантами. Женевская фирма «Де Гризогоно» очень вовремя выпустила коллекцию украшений с простыми линиями и округлыми контурами, в которых цветные камни и бриллианты окружены изящными оправами, усыпанными черными бриллиантами.

Абсолютно новое направление, появившееся во второй половине 1980-х годов, за­дала фирма Джоэла Артура Розенталя, известная под маркой JAR. Розенталь родился в Нью-Йорке, изучал историю в Гарварде, работал в киноиндустрии, а затем у Булгари, после чего обосновался в Париже и начал производство собственных ювелирных изделий. JAR разрушила границы между декоративными и скульптурными украшени­ями, подобно тому, как в начале XX века это сделал Лалик со своими изделиями в стиле ар нуво. На протяжении 1990-х годов марка JAR ассоциировалась с уникальными из­делиями отличной работы, часто с использованием необычных камней в оригиналь­ных комбинациях. Поверхности, полностью покрытые камнями круглой огранки, переходящие по цвету от темных до светлых, встречаются во многих изделиях этой фирмы, часто в оправах из окисленного серебра, титана и алюминия. Эти украше­ния принимают формы животных и цветов, бабочек и лилий, змей и звезд с лучами, нежных завитков и бантов в духе XIX века, а также абстрактных и архитектурных элементов: сфер, колец и спиралей. Эти впечатляющие, полные индивидуальности, романтизма и игры драгоценности оказали огромное влияние на ювелирный дизайн 1990-х годов, вернули ювелирному делу статус искусства и послужили источником вдохновения для нового поколения ювелиров. Важность произведений фирмы JAR в художественном аспекте иллюстрирует большая ретро­спективная выставка, прошедшая в 2002 году в Лондоне.

Судить о недавнем прошлом сложнее всего - возможно, пока что слишком рано комментировать развитие стилей и направлений 1990-х годов, поскольку они еще не устоялись. Тем не менее можно с уверенностью утверждать, что возрождение натура­лизма, произошедшее в 1980-х годах благодаря фирме JAR, было самой характерной чертой ювелирного дизайна последних лет тысячелетия. Натуралистические мотивы получили свежее, цветное, часто скульптурное воплощение, с необычными камнями в оригинальных цветовых сочетаниях и с поверхностями, полностью усыпанными мелкими разноцветными драгоценными и полудрагоценными камнями. Множество ювелиров по обе стороны Атлантики в поисках вдохновения обратили взгляды на растительное и животное царства. Многие экспериментировали с новыми, не при­вычными для ювелиров металлами. Сапфиры, гранаты, турмалины и даже бриллианты использовались во всем разнообразии их оттенков.

Женевская фирма ESG создала в конце 1990-х годов новую нишу в ювелирном деле благодаря авангардному подходу к разработке и производству ювелирных изделий. Под руководством Эмануэля и Софи Гийом, убежденных, что традиционный набор металлов ограничивает их творческую активность, фирма ESG начала выпуск автор­ских украшений экзотического дизайна, но практичных в носке. Их любимым мате­риалом был титан, металл космического века, отличающийся прочностью и легкостью, 11 течение нескольких лет они экспериментировали со сплавами титана и золота, Добиваясь сочетания физических характеристик первого с податливостью второго. В изделиях ESG заметны выраженные натуралистические мотивы, и они так легки, что цветы и насекомые, созданные в мастерских этой фирмы, легко удерживаются даже на самых тонких тканях.

Мишель делла Балле в Женеве и Кантамесса в Валенсии использовали флору и фауну в качестве источника вдохновения для эффектных и зачастую забавных украше­ний с предельно разнообразной палитрой, которые так полюбились покупателям конца XX века. Одуванчики и листья плюща, тюльпаны и розы, змеи и бабочки, эк­зотические рыбы и морские обитатели - вот далеко не полный список форм, кото­рые принимали их изделия, отличающиеся яркими контрастами и цветовыми пере­ходами драгоценных камней.

Фирма «Джимель», восхитительно интерпретировавшая природные сюжеты в по­следнем десятилетии XX века, была организована в 1992 году талантливым японским дизайнером Каору Каи Акихара. Она получила отличное образование, изучив, наряду с экономикой, ювелирным дизайном и живописью, традиционное японское искусство икебаны и законы чайной церемонии. Последние явно оказали влияние на дизайн изделий фирмы «Джимель». С присущей японскому искусству тонкостью, они вопло­щают неуловимые моменты смены времен года. В них заметны эфемерные черты сезонных изменений: нежно-розовые весенние бутоны, насыщенные желтые тона летних цветов, багряные осенние листья превращаются в украшения с помо­щью тщательно подобранных по оттенку драгоценных камней. По мнению Каору Каи Акихары, «за украшением должна стоять история», и множество ее произведений с оборотной стороны украшены крошечными деталями, например, по изнанке броши-листа ползет маленькая улитка - секрет, которым обладательница украшения может поделиться с другими, а может и сохранить его только для себя. Благодаря подобным деталям изделия фирмы «Джимель» являются уникальными и совершенно особен­ными.

Развернувшаяся в прессе в конце 1980-х и в 1990-х годах кампания по борьбе против загрязнения окружающей среды и исчезновения редких видов животных заставила многих ювелиров обратить внимание на природные мотивы. Свою обеспокоенность состоянием окружающей среды Дом «Булгари» выразил не только в ювелирном деле- коллекцией Naturalia, выпущенной в 1991 году, но и значительным вкладом в работу Фонда дикой природы и поддержкой кампании в защиту животных. В коллекции Naturalia, воплощающей богатство и красоту природы, в метафорическом виде пред­ставлены рыбы, раковины, птицы и растения. Дом «Картье» присоединился к борьбе против истребления носорогов, которую ведет Фонд дикой природы. Это событие было отмечено выпуском серии украшений с изображением этого животного. На протяжении 1990-х годов царство фауны стало для Дома «Кар­тье» неисчерпаемым источником вдохновения. Знаменитые «кошачьи» украшения Картье исполнялись в платине с бриллиантами и цветными драгоцен­ными камнями и принимали форму браслетов, колец и ожерелий, а маски животных, просто золотые или инкрустированные драгоценными камнями, становились цент­ральными звеньями браслетов-манжет или украшали крышки наручных часов. Сло­ны, еноты, журавли, попугаи и многие другие животные становились мотивами для забавных брошей или для целых серий украшений.

В 1993 году в ювелирный дизайн вернулась фирма «Шанель», быстро добившаяся по­пулярности. Ее приход на рынок был ознаменован выпуском впечатляющего ожерелья из платины с бриллиантами в форме кометы, одного из самых удачных ювелирных изделий Дома «Шанель», представленного в составе бриллиантовой коллекции в году, в которой изобиловали мотивы падающих звезд. Звезды, полумесяцы и солнца с лучами часто встречаются в коллекциях Дома «Шанель», вместе с их фирменной камелией, украшенной рубинами или бриллиантами,  либо вырезанной из нефрита или халцедона.

Было ли это полезно?